Залоговый кредитор и его права на различных этапах проведения процедуры банкротства

Залоговый кредитор и его права на различных этапах проведения процедуры банкротства

Адвокат Антонов А.П.

Распространенной и эффективной мерой удовлетворения требований кредитора перед должником является банкротство.

Банкротство должника, с одной стороны, гарантирует максимальное выявление не только всех активов должника на текущий момент, но и проверку его действий со своими активами за предшествующий период, а с другой — гарантирует защиту полученных в ходе процедуры денежных средств от возможных посягательств третьих лиц (признание сделки недействительной и приведение кредитора с должником в первоначальное положение).

При банкротстве должника зачастую в более выгодном положении оказывается не тот кредитор, который первый успел подать на банкротство должника или права требования которого к должнику больше остальных, а кредитор с правами требования, обеспеченными залогом.
Первостепенной задачей для кредитора после возбуждения дела о банкротстве является включение требований в реестр к должнику. Предъявить данные требования можно в любое время до возбуждения конкурсного производства (в отношении юридических лиц) и реализации имущества (в отношении граждан). В указанных процедурах срок на предъявление требований к должнику ограничен двумя месяцами с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства (за исключением специально оговоренных ст. 142 Закона N 127-ФЗ случаев).
При этом под датой опубликования сведений о введении соответствующей процедуры банкротства согласно п. 1 ст. 28 Закона N 127-ФЗ понимается публикация в официальном печатном издании, определенном регулирующим органом.
Таким печатным изданием в настоящее время является именно газета «Коммерсант», а не ЕФРСБ или иные источники. В этой связи двухмесячный срок на предъявление требований подлежит исчислению именно с даты, указанной в газете «Коммерсант».
Восстановление пропущенного двухмесячного срока на включение в реестр законодательством не предусмотрено.
Данный подход вытекает из принципов правовой определенности и стабильности, учитывающих интересы кредиторов, в предусмотренные Законом N 127-ФЗ сроки предъявивших свои требования к должнику (а стало быть, заинтересованных во взыскании задолженности и регулярно отслеживающих состояние должника), а также предполагающих соблюдение регламентированных Законом N 127-ФЗ сроков рассмотрения дел о банкротстве (п. 2 ст. 124, п. 2 ст. 213.24 Закона N 127-ФЗ).

В судебной практике сформирована позиция, что соблюдение процессуальных сроков направлено на обеспечение стабильности и определенности как в спорных материальных правоотношениях, так и в возникших в связи с судебным спором процессуальных правоотношениях.

Требования кредиторов, поданные после пропуска указанного срока, подлежат удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований реестровых кредиторов, что соответствует принципу правовой определенности и стабильности.
В то же время в связи с введением института банкротства граждан восстановление двухмесячного срока в делах об их банкротстве стало возможным, что существенно отличается от позиции законодателя в этом вопросе применительно к юридическим лицам.

Так, по смыслу п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2015 г.

N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при исчислении предусмотренного Законом N 127-ФЗ срока для заявления требований в деле о банкротстве гражданина информация о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества доводится до всеобщего сведения путем ее включения в ЕФРСБ и публикации в официальном печатном издании в порядке, предусмотренном ст. 28 Закона N 127-ФЗ. При определении начала течения срока на предъявление требования в деле о банкротстве гражданина следует руководствоваться датой более позднего публичного извещения.

Соответственно, общие требования по соблюдению двухмесячного срока для включения в реестр к должнику сохранились. Но в то же время указанный срок подлежит исчислению с даты опубликования более позднего сообщения о признании гражданина банкротом и введения реализации его имущества (по аналогии с конкурсным производством). Так, в случае публикации сообщения в ЕФРСБ позднее, чем в «Коммерсанте», суд при исчислении двухмесячного срока может руководствоваться именно публикацией в ЕФРСБ, даже несмотря на законодательное закрепление «Коммерсанта» в качестве официального издания. Находим это удобным для кредиторов, пропустивших срок с даты публикации в «Коммерсанте». В делах о банкротстве юридических лиц такое отступление невозможно, поскольку суды руководствуются именно датой публикации в официальном издании.
Вместе с тем п. 2 ст. 213.8 и п. 4 ст. 213.24 Закона N 127-ФЗ предусматривают возможность восстановления арбитражным судом указанного срока в случае его пропуска по уважительной причине. Это увеличивает шансы кредиторов на включение требований в реестр к должнику даже в случае их заявления за пределами указанного срока.
Возможность восстановления указанного срока в делах о банкротстве граждан связана, по нашему мнению, прежде всего с отсутствием главенствующих публичного и предпринимательского характера деятельности, как в случае с юридическими лицами.
Полагаем, что данные нормы Закона N 127-ФЗ направлены также на защиту иных «непрофессиональных» участников дел о банкротстве — граждан, вступающих в правовые отношения с должником-гражданином, но не владеющих сведениями обо всех возможных последствиях такого взаимодействия. Тем самым можно говорить о применении принципа равенства всех перед законом с оговорками, учитывающими статус граждан как участника правоотношений.
При этом следует остановиться более подробно на требовании п. 2.1 ст. 213.24 Закона N 127-ФЗ, закрепляющем обязанность финансового управляющего направлять по почте уведомление о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина всем известным ему кредиторам не позднее чем в течение 15 дней с даты вынесения арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом.

Суды зачастую принимают сторону кредитора исходя исключительно из факта его не уведомления финансовым управляющим.

В то же время отсутствие у финансового управляющего сведений о данном кредиторе судом не учитывается, тогда как Законом N 127-ФЗ предусмотрена обязанность финансового управляющего уведомить «всех известных» кредиторов должника об ограниченности сроков уведомления кредиторов пятнадцатью днями.
По нашему мнению, при рассмотрении аналогичных требований целесообразно рассматривать как минимум наличие (отсутствие) уважительных причин пропуска срока, а также дополнительно можно рассматривать такое требование через призму добросовестного поведения кредитора. Такой подход позволит максимально защитить интересы независимых кредиторов, поскольку зачастую включение «недобросовестных» и «дружественных» должнику кредиторов направлено на получение такими кредиторами привилегий в деле о банкротстве (оказания влияния на решения собраний кредиторов, неправомерное распределение конкурсной массы в пользу и т.д.).
Пленум ВАС РФ в Постановлении от 25 декабря 2013 г. N 99 «О процессуальных сроках», сохраняя за пропустившим установленный срок кредитором право на справедливое судебное разбирательство, указал на возможность восстановления пропущенного срока в течение ограниченного разумными пределами срока и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших такому кредитору своевременно обратиться за защитой своих прав.
Тем самым при рассмотрении вопроса о восстановлении пропущенного процессуального срока должно учитываться наличие именно существенных обстоятельств, а не формальных, к которым смело можно отнести неуведомление финансовым управляющим конкретного кредитора при отсутствии у управляющего сведений о таком кредиторе и его требованиях к должнику.
Если все же кредитору не восстановили пропущенный срок, то его требования включают «за реестр». Кредиторы, чьи требования к должнику обеспечены залогом его имущества, в этом вопросе не являются исключением, ввиду чего требования залоговых кредиторов также включают «за реестр» и отказывают в установлении статуса залогового кредитора.
Однако подобный отказ сам по себе не прекращает право залога.
В силу ст. 334 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.
Применительно к Закону N 127-ФЗ следует разграничивать специальные права залогодержателя, составляющие его залоговый статус, от общих прав залогодержателя.

Право залогового кредитора на удовлетворение своих требований из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами должника, исходя из правовой природы залога как обеспечительной сделки (п. 1 ст. 329 ГК РФ) и по смыслу п.

4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. N 58, не является специальным правом, предоставленным залогодержателю Законом N 127-ФЗ, что также следует из системного толкования п. 1 ст.

334 ГК РФ о праве залогодержателя на преимущественное перед другими кредиторами удовлетворение своих требований.

Таким образом, прекращения залога в связи с истечением срока на предъявление требований к должнику в установленный Законом N 127-ФЗ срок не происходит и залогодержатель не утрачивает своих прав в отношении предмета залога, в том числе на удовлетворение своих требований преимущественно перед другими кредиторами от продажи залога.
Рассмотренная выше ситуация касается распределения доходов от продажи залога. До недавнего времени иной возможности преимущественного удовлетворения своих требований у залогового кредитора не имелось. Вместе с тем начиная с июля 2014 г. у залоговых кредиторов появилась новая возможность — удовлетворение своих требований за счет доходов от сдачи в аренду предмета залога. И это очень выгодно залоговому кредитору, поскольку продажа залога может растянуться на многие месяцы и даже на несколько лет, что в том числе сказывается и на стоимости залога.
Пунктом 2 ст. 334 ГК РФ предусмотрено право залогодержателя преимущественно перед другими кредиторами залогодателя получить удовлетворение обеспеченного залогом требования за счет в том числе причитающихся залогодателю или залогодержателю доходов от использования заложенного имущества третьими лицами.

Читайте также:  Основания для привлечения к субсидиарной ответственности при банкротстве юридического лица

Указанная норма в новой редакции включена в ГК РФ Федеральным законом от 21 декабря 2013 г.

N 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» (далее — Закон N 367-ФЗ) , вступившим в законную силу 1 июля 2014 г. и распространяющим свое действие на правоотношения, возникшие после дня вступления его в силу.

Статьей 138 Закона N 127-ФЗ предусмотрено право залогодержателя на получение 70% из средств, вырученных от реализации предмета залога (80% для залогодержателя по кредитному договору). Следовательно, распределение доходов от сдачи в аренду залога будет осуществляться с соблюдением установленного ст. 138 Закона N 127-ФЗ порядка, до продажи предмета залога либо расторжения договора аренды.
В судебной практике уже сформировалась однозначная правовая позиция о преимущественном праве залогодержателя на получение доходов от сдачи в аренду залога, с соблюдением условия о заключении договора залога после даты вступления в силу изменений, установленных Законом N 367-ФЗ.
Таким образом, за время сдачи в аренду залога залогодержатель имеет возможность частично удовлетворить свои требования к должнику, преимущественно не только перед реестровыми кредиторами, но и перед требованиями кредиторов по текущим платежам. Указанное нововведение существенно улучшило положение залоговых кредиторов и обеспечило максимальную защиту их прав, что при затягивании сроков продажи залога и его использовании во время процедуры банкротства вполне разумно.
Вместе с тем, в отличие от банкротства юридических лиц, в банкротстве граждан оставшиеся после погашения требований кредиторов первой и второй очереди денежные средства включаются в конкурсную массу (абз. 5 п. 5 ст. 213.27 Закона N 127-ФЗ). Оставшиеся после полного погашения судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему и на оплату услуг привлеченных им лиц денежные средства в данном случае направляются на погашение части обеспеченных залогом имущества гражданина требований конкурсных кредиторов.
Таким образом, законодателем, с одной стороны, устранено отличие между залоговыми кредиторами по кредитному договору и иными залоговыми кредиторами, с другой же стороны, применен обратный порядок распределения денежных средств на погашение требований кредиторов первой и второй очереди и судебных расходов по делу о банкротстве.

В свою очередь, судебная практика при рассмотрении дел о банкротстве граждан исходит из принципа приоритетного погашения требований залоговых кредиторов от оставшихся после погашения требований кредиторов первой и второй очередей денежных средств (по аналогии с п. 2.1 ст. 138 Закона N 127-ФЗ) .

По нашему мнению, вопрос о порядке распределения денежных средств в делах о банкротстве граждан еще остается открытым и возможны изменения либо положений ст. 213.

27 Закона N 127-ФЗ путем приведения их в соответствие с общими нормами Закона N 127-ФЗ, либо будет сформирована окончательно судебная практика в части применения данной нормы Закона N 127-ФЗ.

Изменения в правах залогового кредитора при банкротстве должника — Юридическое Бюро №1

09.03.2017

Главная / Изменения в правах залогового кредитора при банкротстве должника

Залоговым признается лишь тот кредитор, чьи требования обеспечены именно залогом имущества, а не его арестом или обеспечительными мерами, наложенными судом. Верховный суд разобрался в злоупотреблении законом и опроверг ранее сложившуюся практику. Залоговый кредитор и его права на различных этапах проведения процедуры банкротства

Рассмотрим на примере одной типичной ситуации требование кредитора в деле о банкротстве должника.

Контрагент не получив полный оплаты по договору, подал исковое заявление о взыскании долга. В рамках данного судебного разбирательства Истец подал в суд заявление о применении обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество должника, которое судом было удовлетворено.

  • По результатам рассмотрения спора судом вынесено решение об удовлетворении исковых требований заявителя и взыскании денежных средств с должника.
  • В связи с неисполнением должником, в добровольном порядке, решения о взыскании взыскателем в службу судебных приставов предъявлен исполнительный лист для принудительного взыскания задолженности.
  • В рамках исполнительного производства и во исполнение определения суда о применении обеспечительных мер судебный пристав-исполнитель наложил арест на конкретное имущество, принадлежавшее должнику.
  • В последствии, в отношении должника возбуждено производство по делу о банкротстве и введена процедура наблюдения.
  • Кредитор, обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований к должнику задолженности, обеспеченной залогом имущества.
  • Судами первой и апелляционной инстанции требование кредитора признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченное залогом.

Признание за обществом статуса залогового кредитора, суды обосновали пунктом 5 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации со дня вступления в законную силу решения о взыскании. При этом указали на отсутствие обстоятельств прекращения залога указанных в статье 352 Гражданского кодекса.

Такая судебная практика в арбитражных судах существовала более двух лет и устаивала во всех инстанциях. Однако, 27.02.2017г. Верховный суд своим определением данную практику изменил мотивируя следующим.

В силу пункта 5 статьи 334 ГК РФ, если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом — статья 174.

1 ГК РФ, обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены.

Неотъемлемой частью приведенной нормы является отсылка при определении лиц, обладающих правами залогодержателя, к статье 174.1 ГК РФ, пункт 2 которой регулирует последствия совершения сделки в отношении имущества, распоряжение которым запрещено в судебном или ином установленном законом порядке в интересах кредитора.

В соответствии с ранее действовавшим законодательством в ситуации, когда должник в нарушение ареста, наложенного на его имущество в пользу кредитора, отчуждал арестованное имущество третьему лицу, защита прав такого кредитора обеспечивалась посредством признания недействительной сделки по распоряжению имуществом и применением последствий ее недействительности.

Согласно же действующим положениям пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ соответствующая сделка действительна, что позволяет арестованному имуществу находиться в обороте.

Поэтому наделение кредитора правами залогодержателя по правилам пункта 5 статьи 334 ГК РФ обусловлено необходимостью защиты его прав, прежде всего, путем предоставления кредитору возможности обратить взыскание на арестованную вещь после того, как ее собственником стало другое лицо, которое знало или должно был знать о запрете (закрепление в отношении арестованного имущества принципа следования обременения за вещью).

При этом в пункте 5 статьи 334 ГК РФ законодатель лишь приравнял права взыскателя к правам залогодержателя, не указав на то, что в связи с введением запрета на распоряжение имуществом возникает полноценный залог. Более того, как следует из буквального смысла указанной нормы, правила о возникновении прав залогодержателя действуют, если иное не вытекает из существа отношений залога.

Судебная коллегия посчитала, что иное, а именно — отсутствие прав залогодержателя вытекает из существа отношений залога в ситуации несостоятельности (банкротства) должника.

Так, в силу предусмотренного Законом о банкротстве (статьи 2, 18.1, 138 Закона) регулирования преимуществом по отношению к другим кредиторам в деле о несостоятельности обладают кредиторы, обязательства должника перед которыми по выплате определенной денежной суммы по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному ГК РФ основанию, обеспечены залогом.

По смыслу названных статей Закона о банкротстве при недостаточности имущества для распределения между всеми кредиторами должника подобный приоритет возникнет при ординарном залоге — залоге на основании договора либо закона (пункт 1 статьи 334.1 Гражданского кодекса), то есть когда используются стандартные гражданско-правовые меры обеспечения самого гражданского обязательства.

Права же залогодержателя, указанные в пункте 5 статьи 334 ГК РФ, возникают в большей части из процессуальных правоотношений (в том числе вследствие принятия судом обеспечительных мер), при наличии широкого усмотрения со стороны государственного органа (не являющегося стороной материальных отношений) как в вопросе об определении имущества, в отношении которого может быть наложен запрет, так в вопросе о том, имеются ли основания для введения запрета, определенные правовым актом, регулирующим процедуру ареста.

Эти права могут быть реализованы лишь после вступления в силу решения, которым удовлетворены требования, обеспечивающиеся запретом.

Читайте также:  Особенности предоставления электронного счета фактуры

Следовательно, названные меры, по сути, выступают не способом обеспечения исполнения обязательства как такового, а являются особым механизмом, направленным на фактическую реализацию подтверждающего обязательство акта государственного органа о взыскании задолженности, и они действуют в рамках общих правил исполнения.

Порядок же исполнения актов о взыскании задолженности с несостоятельного должника регулируется нормами законодательства о банкротстве, которые являются специальными по отношению к общим правилам исполнения.

Закон о банкротстве исключает возможность удовлетворения реестровых требований, подтвержденных судебными решениями, в индивидуальном порядке и не содержит предписаний о привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест.

Наоборот, правоотношения, связанные с банкротством, основаны на принципе равенства кредиторов, требования которых относятся к одной категории выплат (пункт 4 статьи 134 Закона о банкротстве), что, в свою очередь, не допускает введение судом, рассматривающим дело о несостоятельности, различного режима удовлетворения одной и той же выплаты в зависимости от формальных (процедурных) критериев, не связанных с ее материальной правовой природой (в зависимости от того, как будет разрешено ходатайство о наложении ареста). Поэтому запрет на распоряжение имуществом не порождает таких залоговых свойств, которые позволяют кредитору получить приоритет при удовлетворении его требований в процедурах банкротства.

На основании вышеизложенного Верховный суд изменил акты нижестоящих судов в части обеспечения требований кредитора залогом имущества должника.

Залоговый кредитор в деле о банкротстве

Залог – самый распространенный метод из обеспечения обязательств по кредиту. Если должник не исполнил или просрочил сроки платежей, залоговое имущество станет обеспечением, которое можно взыскать в счет долга. Залоговый кредитор при банкротстве имеет определенные права и особый статус. Рассмотрим подробнее, в чем они заключаются.

Кто такой залоговый кредитор

В деле о несостоятельности залоговый кредитор – тот, чьи требования «прикрыты» залоговым имуществом, находящимся в собственности должника. Банкротство, по какой бы процедуре оно ни происходило и на какой стадии ни находилось, не отменяет залоговых взаимоотношений. Залоговый кредитор является конкурсным кредитором с определенными правами и ограничениями.

Иными словами, залоговый кредитор в деле о банкротстве не утратит свой статус и точно получит назад деньги, обеспеченные залогом – это гарантирует закон.

Привилегии залогового кредитора

В деле о банкротстве требования залогового кредитора относятся к третьей очереди, но его статус также имеет ряд преимуществ, которые ему гарантирует Федеральный закон от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»:

  1. Он единственный из всех кредиторов имеет право получить назад заемные средства, реализовав залоговое имущество в любой момент, когда он того потребует. Если процедура банкротства уже начата, это требование можно озвучить только через решение суда. Ст. 138 Закона о банкротстве дает ему право на получение 70% от суммы, вырученной за реализацию предмета залога.
  2. Должник не может заключить мировое соглашение, если залоговый кредитор не даст на то свое прямое согласие (п. 2 ст. 150 Закона о банкротстве).
  3. В ходе конкурсного производства невозможно замещать активы должника (п. 2 ст. 149 ФЗ №127).
  4. В отдельных случаях залоговый кредитор имеет право не реализовывать предмет залога, а оставить его за собой (ст. 18 ФЗ №127). Но в этом случае ему придется перечислить часть стоимости (20-30%) на указанный судом банковский счет – в качестве доли вознаграждения арбитражным управляющим.
  5. Кредитор определяет процедуру и условия продажи предмета залога (п. 4 ст. 138 ФЗ №127).

Ограничения залогового кредитора

Этот статус считается привилегированным, но на самом деле предполагает достаточно серьезные обязанности и ограничения. Из-за них иногда залоговый кредитор может отказываться от своих прав, чтобы получить определенное возмещение из конкурсных средств.

Этапы и особенности реализации залога — Банкротство 2021

Наши юристы подготовили развернутую информацию на тему «Этапы и особенности реализации залога» Собрали исчерпывающие материалы чтобы разъяснить всю суть вопроса. Если остались дополнительные вопросы, Вы можете задать их нашему консультанту.

В деле о несостоятельности залоговый кредитор – тот, чьи требования «прикрыты» залоговым имуществом, находящимся в собственности должника. Банкротство, по какой бы процедуре оно ни происходило и на какой стадии ни находилось, не отменяет залоговых взаимоотношений. Залоговый кредитор является конкурсным кредитором с определенными правами и ограничениями.

Иными словами, залоговый кредитор в деле о банкротстве не утратит свой статус и точно получит назад деньги, обеспеченные залогом – это гарантирует закон.

Этапы продажи залогового имущества

Как уже упоминалось выше, сбыту имущества в залоге предшествуют попытки кредитной организации воздействовать на должника с целью уплаты им задолженности. Если эти меры не возымели действия, далее следует ряд последовательных этапов:

  1. Оценка и определение минимальной стоимости залогового объекта реализации соответственно проведенному анализу цен на аналогичный товар. Предварительная оценка фигурирует в залоговом договоре.
  2. Уведомление либо судебное извещение залогодателя о намерении продажи залогового имущества. В обязательном порядке содержит следующую информацию: данные и реквизиты обеих сторон — залогодателя и залогодержателя; содержание договора, обеспечением которого выступает залог; тип и ключевые характеристики объекта; точное время и место расположения торговой площадки; координаты организатора торгов.
  3. Публикация объявления о торгах в открытом доступе. Как правило, с этой целью используются различные Интернет-ресурсы либо официальный сайт кредитной организации. От потенциальных покупателей потребуется внесение задатка в размере не менее 5% от стартовой цены товара.
  4. Проведение торгов. При отсутствии покупателя процедура повторяется с уменьшением цены объекта залога. Если и в этот раз сделка не состоялась, кредитор может оставить нереализованный залог у себя. Снижение цены при этом возможно не более чем на 10% от стоимости на повторных торгах.
  5. Покрытие за счет полученных средств суммы долга и понесенных при организации торгов издержек. Если сумма недостаточна, взыскание переводят на другое имущество должника. Когда, напротив, сумма превышает задолженность, разница возвращается неплательщику.

Читайте Также  Взыскание неосновательного обогащения в банкротстве

До начала описанной процедуры должник может реализовать имущество добровольно по рыночной цене, уведомив об этом кредитора и заручившись его согласием, что является экономически более выгодным. При этом денежные средства поступают на счет залогодержателя, последний снимает с имущества обременение, и только тогда новый владелец становится собственником товара.

Важно знать, что без судебного решения не может быть реализовано имущество, на которое имеют право третьи лица. В качестве примера можно привести квартиру в долевой или совместной собственности.

Кто такой залоговый кредитор в деле о банкротстве?

Залоговый кредитор в банкротстве – юридическое или физическое лицо, которому передается под залог определенное имущество.

Пример: ООО «Трансфер» отдало в залог банку помещение (квартира), площадью 200 кв. м. Взамен банк предоставил руководству фирмы кредит, размером 2 мл. рублей. Спустя некоторое время компания «Трансфер» была признана банкротом, а банк залоговым кредитором.

Для получения статуса залогового кредитора обращаются в Арбитражный суд, предоставив подтверждающие залог документы.

После этого у того же банка возникает практически 100% уверенность в удовлетворении озвученных требований, поскольку залоговое имущество на момент банкротства уже находится в его пользовании и является неотчуждаемым до завершения процедуры.

Поделить его между другими сторонами конфликта никто не вправе, а это значит, что выдавшее залог лицо частично, но компенсирует понесенные убытки.

Для установления баланса и видимого равноправия между залоговыми и иными кредиторами российским законодательством предусмотрены:

  • процентное распределение всего имущества;
  • ограничение на право голоса во время проведения собраний кредиторов.

Положения о статусе, правах и обязанностях залогового кредитора и залога содержат ст. 334 ГК РФ и ФЗ РФ №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве).

Источники

  1. Дело об убийстве императора Николая II, его семьи и лиц их окружения. Том 2; Машиностроение — Москва, 2015. — 306 c.
  2. Галкин Владимир Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних; КноРус — М., 1985. — 652 c.
  3. Потапова, А. А. Гражданское право. Самое важное / А.А. Потапова. — М.: Проспект, 1997. — 653 c.
  4. Право и экономика №02/2015 / Отсутствует. — М.: Юстицинформ, 2015. — 202 c.
  5. Глушков А. И. Обеспечение прав и законных интересов несовершеннолетних потерпевших в уголовном судопроизводстве: моногр. ; Прометей — М., 2012. — 284 c.

Обзор судебной практики применения норм о залоге в делах о несостоятельности (банкротстве)

(с изменениями, утвержденными постановлением Президиума Арбитражного суда Дальневосточного округа от 22.10.2018 № 20)

 (Окончание. Начало в № 6. 2019)

         3. Добросовестное поведение залогодержателя по договору ипотеки влечет отказ в применении к такому договору статьи 10 ГК РФ и сохранение обременения ипотекой имущества, возвращаемого в конкурсную массу должника в порядке реституции (в связи с признанием недействительным договора о его отчуждении).

Читайте также:  Почему Минфин решил конфисковывать подозрительные накопления россиян: кого коснется?

         В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок должника: договора по отчуждению должником недвижимости обществу с ограниченной ответственностью (на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве); договора ипотеки, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью и банком в счет обеспечения кредита, выданного банком обществу с ограниченной ответственностью на покупку соответствующей недвижимости (на основании статей 10, 168 ГК РФ).

         Арбитражный суд первой инстанции отказал в признании сделок недействительными; требование относительно договора ипотеки отклонено по мотиву отсутствия со стороны банка признаков злоупотребления правом.

         Апелляционная коллегия отменила определение суда первой инстанции и приняла противоположный судебный акт о признании двух сделок недействительными.

Вывод о недействительности договора ипотеки мотивирован тем, что на момент предоставления ипотеки банк, являвшийся одновременно займодавцем как для продавца (должника), так и для покупателя (залогодателя) по оспариваемому договору купли-продажи, фактически располагал сведениями о том, что предоставленное в залог недвижимое имущество (здание и земельный участок) ранее являлось значительным ликвидным активом неплатежеспособного должника, приносившим постоянный доход, который за полтора месяца до заключения договора ипотеки отчужден в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица по заниженной цене. Между тем банк осознанно пошел на кредитование спорной сделки, имея целью получить удовлетворение требований по кредитным обязательствам должника (за счет полученных по договору купли-продажи средств продавец погасил остаток неисполненных заемных обязательств перед банком) предпочтительно перед иными кредиторами, а также удовлетворить материальный интерес по отношению к обществу с ограниченной ответственностью независимо от его платежеспособности.

         Суд кассационной инстанции не согласился с позицией апелляционного суда в части, касающейся разрешения спора о договоре ипотеки, указав следующее.

         В рамках обособленного спора обеспечительная сделка – договор ипотеки – проверена на наличие признаков недобросовестности залогодателя и залогодержателя.

         Для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны залогодателя, но и со стороны залогодержателя.

Исходя из закрепленной статьей 10 ГК РФ презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и установленного процессуальным законодательством общего принципа доказывания, лицо, от которого требуются упомянутые качества при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

         Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 15.06.

2016 № 308-ЭС16-1475, о злоупотреблении правом со стороны кредитной организации при заключении обеспечительных сделок могло бы свидетельствовать, например, совершение банком названных сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как: участие банка в операциях по неправомерному выводу активов; получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между банком и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами).

         Однако в рассмотренном случае обстоятельства, подобные перечисленным и свидетельствующим о заключении банком оспариваемого договора ипотеки не в целях гарантировать возврат заемных денежных средств, не установлены.

         Заключение договоров залога и поручительства в обеспечение исполнения заемщиками принятых на себя кредитных обязательств является широко распространенным в банковской деятельности способом обеспечения исполнения обязательств.

         Кредитование юридических и физических лиц относится к банковским операциям, характеризующимся относительно высокой степенью риска.

Поскольку возврат полученных денежных средств предполагается значительно позднее даты их предоставления, финансовая состоятельность заемщика и наличие у него в собственности на момент заключения кредитного договора имущества, достаточного для возврата долга и уплаты процентов, не гарантирует надлежащего исполнения заемщиком в будущем принятых на себя обязательств. Тем самым заключение обеспечительных сделок направлено на защиту интересов кредитной организации, рискующей привлеченными денежными средствами.

         В данном случае имела место реструктуризация кредитной задолженности перед банком в виде фактического перевода кредитного обязательства должника на общество с ограниченной ответственностью через цепочку взаимосвязанных сделок (должник получил от банка кредит и заложил спорное имущество; общество с ограниченной ответственностью получило от банка кредит, а затем с согласия банка как залогодержателя купило спорное имущество у должника, расплатившись с ним кредитными средствами, полученными у банка; должник досрочно погасил кредит из средств, полученных от продажи имущества; общество с ограниченной ответственностью заложило банку купленное у должника имущество в целях обеспечения уже своих кредитных обязательств).

         Согласие на продажу заложенного имущества и принятие в последующем данного имущества в залог от общества с ограниченной ответственностью не привели к получению банком неоправданной материальной выгоды, поскольку в результате указанных действий для банка изменился только заемщик по кредитному обязательству при том, что его имущественная сфера каких-либо значительных изменений не претерпела. При таких обстоятельствах банк не может быть признан недобросовестным.

         Вышеизложенные выводы послужили основанием для отмены постановления апелляционного суда в части признания договора ипотеки недействительным с оставлением в этой части в силе определения суда первой инстанции об отклонении заявления.

         Постановление от 02.05.2017 № Ф03-913/2017 по делу № А51-4827/2015 Арбитражного суда Приморского края

         4. При оценке сделки, оспариваемой по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, необходимо учитывать особенности, связанные с участием в этой сделке залогового кредитора. Признание такой сделки недействительной не должно влечь ухудшения положения залогового кредитора в той части, в которой обязательство прекращено без признаков предпочтения.

         В деле о банкротстве общества его конкурсный кредитор – банк обратился с заявлением об оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделки должника по списанию денежных средств со счета должника с перечислением их на расчетный счет колхоза, также являющегося конкурсным кредитором должника. Списание имело место в ходе процедуры наблюдения.

         Заявленное требование отклонено судами по следующим основаниям.

         Судами установлено, что спорное списание денежных средств было обусловлено распределением денежных средств, поступивших на счет должника от продажи его имущества, обремененного залогом в обеспечение обязательств должника перед колхозом.

Реализация залогового имущества согласована временным управляющим и залоговым кредитором – колхозом, вызвана необходимостью сохранить имущество, не допустить снижения его стоимости и выплатить заработную плату работникам должника из вырученных средств.

Споры относительно законности сделки купли-продажи имущества, в том числе в части цены, отсутствуют.

         При этом реализация залогового имущества по максимально высокой цене отвечает интересам, в первую очередь, залогового кредитора, к правомочиям которого отнесено, в частности, определение начальной продажной цены предмета залога (пункт 4 статьи 138 Закона о банкротстве).

         Поскольку в результате спорного перечисления погашены требования залогового кредитора из средств, полученных от реализации обеспечивающего эти требования имущества должника, то применению подлежали положения статьи 334 ГК РФ, статьи 138 Закона о банкротстве и разъяснения пункта 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.

2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно приведенным нормам права и разъяснениям кредитор по обеспеченному залогом обязательству имеет преимущество при удовлетворении своих требований по отношению к другим кредиторам в деле о несостоятельности; признак предпочтения при удовлетворении обеспеченных залогом требований за счет заложенного имущества может иметь место при условии, если на погашение требований кредитора по обеспеченному обязательству направлено более 70% (по кредитному договору более 80%) от стоимости предмета залога и (или) за счет этих средств погашались финансовые санкции, при этом имущества должника недостаточно для оплаты текущих расходов и погашения реестровых требований 1 и 2 очередей.

         В рассматриваемом споре выяснено, что средства, полученные от продажи заложенного имущества, направлены, наряду с перечислением в пользу колхоза, на погашение текущей задолженности, в том числе по заработной плате перед работниками должника и в Пенсионный фонд Российской Федерации. При этом колхоз не получил удовлетворения большего, чем ему причиталось при распределении денежных средств из конкурсной массы от реализации заложенного имущества, полученная сумма учтена в качестве частичного погашения основного долга.

         При таких обстоятельствах предпочтительного удовлетворения требований колхоза не произошло, а значит, отсутствовали условия для признания оспариваемой сделки недействительной.

         Подход, согласно которому статус залогового кредитора как участника сделки с должником должен учитываться при проверке этой сделки с точки зрения оказания предпочтения, приведен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 № 305-ЭС17-3098 (2).

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *