Сроки исковой давности в делах по субсидиарной ответственности и судебная практика

Сроки исковой давности в делах по субсидиарной ответственности и судебная практика

Или как должнику выиграть даже безнадежное дело по субсидиарке

Клиенты часто спрашивают, как именно мы в «Игумнов Групп» выигрываем суды по субсидиарке. Заранее регламентированных ходов в таких делах быть не может, но один из самых действенных и эффективных приемов ? заявить о пропуске срока исковой давности. Рассказываем, как использовать этот метод для защиты своих интересов. Следуйте за световыми индикаторами.

Две большие разницы

Тополиный пух, жара, июль… и новая редакция закона о банкротстве. Таким юристы запомнят лето 2017 года. До 01.07.2017 субсидиарке была посвящена всего лишь одна, 10-я статья закона о банкротстве, а в новой редакции по нашей любимой теме написали целую главу. Основания для привлечения принципиально не изменились, но два значимых момента в новой редакции переписали:

  1. Значительно расширили круг лиц, привлекаемых к субсидиарке. В зоне риска оказались финдиректора, главбухи и юристы, но этим круг потенциальных субсидиарщиков не ограничился. Новый закон позволяет привлечь к ответственности вообще кого угодно при одном условии ? если привлекаемое лицо отдавало указания должнику или приобрело выгоду в результате противозаконной деятельности компании.
  2. Кредиторы получили право привлекать должников к субсидиарке. До июля 2017 года в зависимости от основания на субсидиарку могли подать либо управляющие, либо работники и их представители, либо налоговая. Если речь шла о возмещении убытков, то такое право было и у кредиторов. Теперь любое из этих лиц может привлечь КДЛ к субсидарке по любому из оснований, прописанных в законе.

А еще незадолго до выхода новой редакции закона, в том же 2017 году изменились сроки исковой давности.

Следите за руками: до середины 2017 года заявление о привлечении к субсидиарке можно было подать в течение одного (!) года.

Этот срок отсчитывался с момента, когда привлекающий узнал или должен был узнать об основаниях для применения субсидиарной ответственности. Например, в ходе банкротства управляющему не передали бухгалтерские документы.

Это готовое основание для субсидиарки. Вот с того момента, как не передали, и пошел отсчет годичного срока.

Оставьте здесь свой e-mail, чтобы получить на почту текст 10-ой статьи в 70-ой редакции.

В то же время закон ограничивал право подать такое заявление тремя годами с начала конкурсного производства. Разумно: иначе иски подавались бы до бесконечности и через четыре года, и через десять ? дескать, вот только что узнали об основаниях.

В новой, 71-ой редакции устанавливается единый срок исковой давности: 3 года с момента, когда лицо узнало/должно было узнать об обстоятельствах для привлечения к субсидиарке.

Оставьте здесь свой e-mail, чтобы получить на почту текст 10-ой статьи в 71-ой редакции.

Итого: право привлекать к субсидиарке получил более широкий круг лиц. При этом шанс залететь на нее получило еще больше народу. А сроки для подачи заявления предупредительно расширили.

Как видите, все изменения не в пользу должников. Это и понятно: 2017 год, санкции, нефть дешевеет.

И тут у родного государства как по волшебству появляются новые инструменты для пополнения бюджета за счет субсидиарщиков. Совпадение? Не думаю.

Сроки исковой давности в делах по субсидиарной ответственности и судебная практика

Источник: http://www.oilru.com/dynamic.phtml

Который закон ? ваш?

Итак, у нас есть две редакции закона: до июля 2017 была одна, а после ? другая. Казалось бы, все просто. Вот только в делах о субсидиарной ответственности разбирают события, которые произошли несколько лет назад. Признаки неплатежеспособности появляются у компании задолго до начала банкротного процесса, а цепочки сделок, которые оспариваются при банкротстве, вообще уходят вглубь веков.

И вот у вас в 2019 году идет суд по субсидиарке, в котором анализируются события 2013-2017 годов. Какую редакцию закона применять в этом случае? Весь прошлый год суды лихорадило. Практика была разной, но в основном тупо ко всем делам применяли новые нормы.

На практике это означает следующее: должник совершил правонарушение, например, в 2015 году. Банкротить его начали в 2016. Соответственно, по старым нормам привлекать его к субсидиарке имеют право только в течение года (если не погружаться в детали).

Но заявление на субсидиарку подают в 2018 году (спустя 2 года после начала банкротства), мотивируя это тем, что по новым правилам срок исковой давности составляет 3 года.

И вот, руководитель бизнеса, уволившийся с поста еще в 2015 году, уже расстается со всем своим личным имуществом.

Ну нельзя же так!

Наш взгляд

Мы в «Игумнов Групп» тоже столкнулись с этим вопросом. Поэтому перелопатили десятки судебных дел, поматерились, а выпустив пар, сформулировали собственную позицию по применению сроков исковой давности в делах по субсидиарке. Вот она.

Право делится на материальное и процессуальное. Если говорить упрощенно, то материальное — это то, где расписаны наши права и обязанности. Кто кому за что и сколько должен. А процессуальное регулирует ход судебного процесса.

Так вот, согласно АПК, в арбитражном судопроизводстве применяются современные нормы процессуального права.

Чтобы получить соответствующую статью, оставьте свой e-mail здесь:

То есть, если мы судимся сегодня, то процесс идет в соответствии с теми нормами процессуального права, которые действуют сегодня. Многие пункты в законе о банкротстве подходят под определение процессуальных. Например, тот, где речь идет о наделении правом. И тут мы возвращаемся к новым правам кредиторов привлекать КДЛ к субсидиарке.

Да, кредитор может в 2019 году обратиться в суд с требованием привлечь в субсидиарной ответственности должника по обстоятельствам 2016 года. Таких прецедентов полно. Но удовлетворить заявление можно только в том случае, если срок исковой давности еще не прошел. А срок этот относится к материальному праву.

С материальным правом дела обстоят иначе. Согласно письму Верховного суда, положения закона о субсидиарной ответственности применяются только к тем действиям / бездействиям, которые имели место после того, как закон вступил в силу. То есть к обстоятельствам прошлого применяется норма материального права, которая действовала на тот момент.

Чтобы получить письмо Верховного суда, оставьте свой e-mail здесь:

В конечном итоге такая позиция опирается на норму Конституции. Статья 54, часть 1: закон, который устанавливает или отягчает ответственность, не имеет обратной силы. А в нашем случае происходит именно это ? для ответчика по субсидиарке новая редакция закона отягчает ответственность.

Итого: если вы в 2018 году разбираете дело о субсидиарке, обстоятельства которого относятся к 2015, берите редакцию закона о банкротстве 2015 года. Срок исковой давности будет годичным.

А это значит, что должник может и должен защищаться, опираясь на старый закон, даже если на момент судебного разбирательства тот уже утратил силу.

Что могут возразить

Логика, которую мы изложили выше, — это наша правовая позиция, а не абсолютная истина. Вот два основных возражения против нее. Эти доводы мы слышали от коллег и находили в практике.

  1. Не все юристы согласны с тем, что сроки исковой давности относятся к материальному праву. Некоторые говорят, что это процессуальное право. А кое-кто вообще считает весь закон о банкротстве нормой процессуального права, потому что он описывает (сюрприз!) процесс банкротства. По этой логике использовать нужно самые свежие нормы, вне зависимости от того, когда происходили события, о которых идет речь в банкротном деле. Некоторые судьи рассуждают именно так.
  2. Другие наши оппоненты не заморачиваются с материальным и процессуальным правом, а делают ставку на момент, с которого отсчитывается срок исковой давности. Они согласны применять годовой срок давности для правонарушений 2013-2016 гг., но настаивают на том, чтобы этот срок начинал отсчитываться с момента окончания всех мероприятий по формированию конкурсной массы ? когда станет понятно, что денег на всех не хватает. Фишка в том, что этого момента можно дожидаться вечно. Сделки оспариваются годами и под этим предлогом можно до бесконечности отодвигать начало отсчета срока исковой давности. Очень удобно.

И у нас, и у оппонентов доводы в данном случае субъективные. То есть суд может интерпретировать их по-разному, в зависимости от убедительности и профессионализма сторон.

Но мы никогда не публикуем теоретические выкладки, не опробованные нами на практике (этим «Игумнов Групп» и отличается от профессоров и докторов юридических наук): только в первом квартале 2019 года мы дважды выиграли суды по защите от субсидиарки, доказав, что к событиям прошлого должны применяться нормы того же (прошлого!) периода.

Две разные апелляционные инстанции согласились с нами и подтвердили в своих выводах, что ст. 10 закона о банкротстве — это норма материального права, а значит, срок исковой давности для правонарушений 2013 ? начала 2017 гг. составляет 1 год, а не три. Эти постановления на текущий момент никем не отменены.

Оставьте свой e-mail здесь, чтобы получить судебные акты с нашим участием:

Пока не поздно

Если кредитор мог узнать об основаниях для привлечения КДЛ к субсидиарке из открытых источников, значит, срок исковой давности уже тикает. Смотрите нашу схему по срокам в разных редакциях закона о банкротстве:

Сроки исковой давности в делах по субсидиарной ответственности и судебная практика

Вместо унылых итогов тут будет лайфхак от «Игумнов Групп»: в любой непонятной ситуации подавайте заявление об истечении срока исковой давности. Это можно сделать на любом этапе судебного разбирательства. Хоть в самую последнюю минуту. И это может стать самостоятельным и безупречным основанием для полного отказа в иске.

Главное в этом деле ? учесть все нюансы. Например, если к субсидиарке привлекают нескольких КДЛ, то заявить о пропуске сроков исковой давности должно каждое из них.

Заявление обязательно должно быть грамотно мотивированным ? разницу между материальными и процессуальными нормами не понимают даже многие судьи (не раз видели таких своими глазами). Поэтому вы должны разжевать все до последней запятой.

Если вы далеки от юриспруденции, то самый простой вариант выиграть дело по субсидиарке — это заказать грамотное заявление о пропуске срока исковой давности в «Игумнов Групп».

И надо успеть это сделать до того, как первая инстанция огласит определение по итогам рассмотрения дела.

И напоследок: набив руку в защите банкиров от субсидиарной ответственности, мы не можем не отметить, что в делах о банкротстве кредитных организаций применяются другие нормы и другие сроки. Там свои нюансы и много интересного, приходите к нам ? расскажем.

Возможно, ваши кредиторы уже остались с носом, но еще не знают об этом. Суд ? отличное место, чтобы поделиться с ними этой прекрасной новостью.

Эту статью мы писали в апреле 2019 г. Время идет и пора обновить информацию.

UPD от Екатерины Кондратьевой:

а как там всё в 2020?

Итак, наши предположения по сроку исковой давности подтвердились! Наконец-то суды прозрели, что срок исковой давности — это материальная норма, а значит закон о банкротстве должен применяться в той редакции, которая действовала в момент вменяемого правонарушения.

Читайте также:  Особенности уплаты налога на дачный земельный участок

И здесь я как будто стою на вручении Оскара, статуэтка у меня в руках и я толкаю слезливую речь:

«Я рада, что мы наконец-то начинаем обрастать правильной практикой с точки зрения применения ст. 4 ГК РФ. Я хотела бы выразить слова благодарности:

1. Информационному письму «покойного» Президиума ВАС РФ. Согласно ему, лицо привлекается к субсидиарной ответственности в соответствии с тем законодательством, которое действовало в момент вменяемого правонарушения. А вот сама процедура привлечения осуществляется согласно текущей редакции закона;

2. Определению Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от сентября 2019 г. В нем суд поддерживает нашу точку зрения и настаивает, что субсидиарка является разновидностью гражданско-правовой ответственности, значит материально-правовые нормы применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий;

Оставьте свою почту, и мы вышлем вам информационное письмо и определение ВС:

3. Редакции Закона о банкротстве № 38. Боже, храни срок исковой давности в 1 год. Скольких людей ты спас!

4. И, конечно же, действующей редакции закона о банкротстве. Учитывая, что теперь заявление о привлечении к субсидиарке может быть подано в любых процедурах банкротства, то направить требование может и временный управляющий.

А раз арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками друг друга, выходит, что срок исковой давности, при определенных условиях, можно начать отчитывать еще с наблюдения.

А мы с вами помним насколько банкротство порой длинная история»

Информация в статье актуальна на дату публикации на нашем сайте igumnov.group.

  • Чтобы быть в курсе последних трендов по субсидиарке, банкротству и защите личных активов — приезжайте в гости.
  • __
  • Папина Екатерина
  • юрист «Игумнов Групп», профи в разрешении споров в судах арбитражной юрисдикции

Специализация: защита от субсидиарной ответственности в сфере кредитных организаций. Разработка комплексной стратегии и реализация мер, направленных на обеспечение безопасности активов руководителей и бенефициаров бизнеса.

Вс применил расширительное толкование сроков привлечения к субсидиарной ответственности

Верховный Суд в Определении № 308-ЭС17-21222 указал, что если лицо своими действиями создало ситуацию, в которой уполномоченный орган длительное время объективно был лишен возможности принять решение о взыскании задолженности за счет имущества общества, то оно не может уклоняться от субсидиарной ответственности в возникшем впоследствии деле о банкротстве.

В рамках дела о банкротстве общества ФНС России обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам компании четверых ее бывших руководителей – А., К., Ч. и Я.

Суд первой инстанции солидарно взыскал с них в конкурсную массу должника более 1,26 млрд руб.

Апелляция, констатировав отсутствие доказательств согласованности действий указанных лиц и установив, что в совокупности эти действия привели к банкротству, пришла к выводу о том, что руководители подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в долях пропорционально размеру причиненного каждым из них вреда.

При этом суд установил, что необходимой причиной банкротства должника стали виновные действия бывших руководителей А., К. и Ч., выразившиеся в заключении мнимых сделок, искажении информации об обязательствах должника. В связи с этим апелляция отменила решение в части привлечения Я. к ответственности. 

Окружной суд в свою очередь освободил от ответственности К., указав, что его полномочия как руководителя общества прекратились более чем за 2 года до возбуждения производства по делу о банкротстве.

Исходя из этого, суд округа счел, что К. ошибочно отнесен судами первой и апелляционной инстанций к числу контролирующих должника лиц и не является субъектом субсидиарной ответственности, предусмотренной п. 4 ст.

10 Закона о банкротстве. 

Не согласившись с решением кассации, ФНС России обратилась с жалобой в Верховный Суд, в которой просила оставить в силе постановление суда апелляционной инстанции. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ пришла к выводу, что жалоба подлежит удовлетворению.

Верховный Суд пояснил, что в период исполнения обязанностей К. по руководству обществом действовал абз. 34 ст.

2 Закона о банкротстве, согласно которому, если в ходе проверки выявлялся круг контролирующих организацию-должника лиц, которые могли быть привлечены к ответственности, охватывались только 2 года деятельности, непосредственно предшествовавшие дню возбуждения производства по делу о банкротстве подконтрольной им организации. А в абз. 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ и п. 4 ст.

10 Закона о банкротстве содержалась норма о субсидиарной ответственности контролирующих организацию-должника лиц в ситуации, когда их действия стали необходимой причиной банкротства (в настоящее время аналогичное правило закреплено в п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве). 

Коллегия отметила, что названный двухлетний срок направлен на исключение чрезмерной неопределенности в вопросе о правовом положении контролирующего лица в условиях, когда момент инициирования кредитором дела о банкротстве организации-должника значительно отдален по времени от момента, в который привлекаемое к ответственности лицо перестало осуществлять контроль. 

Как указал Суд, кассационная инстанция не приняла во внимание, что контролирующее лицо, своими активными действиями воспрепятствовавшее своевременному возбуждению производства по делу о несостоятельности и тем самым изменившее начало течения подозрительного периода в свою пользу, не может рассматриваться в качестве субъекта, имеющего правомерные ожидания оградиться от применения мер субсидиарной ответственности по мотиву позднего возбуждения производства по указанному делу.

Поэтому в ситуации, когда кредитор объективно не имел возможности инициировать возбуждение дела о банкротстве по обстоятельствам, зависящим от самого контролирующего лица, последнее не вправе ссылаться на прекращение контроля над организацией-банкротом за пределами названного двухлетнего срока как на основание освобождения от ответственности (ст. 10 ГК РФ). Соответствующие ссылки свидетельствуют о недобросовестной попытке использования контролирующим лицом приведенного положения закона о двухлетнем сроке вопреки его смыслу и предназначению.

При этом ВС указал, что основанием для возбуждения производства по делу о банкротстве общества явилась выявленная в ходе выездной налоговой проверки недоимка по обязательным платежам, установленная решением ФНС от 3 июня 2011 г.

о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Суд подчеркнул, что 3 августа 2011 г. общество в период осуществления К. полномочий руководителя оспорило это решение в суде.

Помимо этого, компания подала ходатайство о принятии обеспечительных мер в виде приостановления действия решения ФНС. Обеспечительные меры были приняты судом первой инстанции 8 августа 2011 г. и действовали до их отмены кассационной инстанцией 22 февраля 2012 г.

Однако впоследствии, в рамках инициированного К. судебного процесса суд округа вновь принял обеспечительные меры в виде частичного приостановления действия решения налоговой инспекции.

Верховный Суд также пояснил, что окончательным судебным актом, которым требование общества о недействительности решения ФНС было отклонено, стало постановление апелляционного суда от 7 февраля 2014 г. При этом с заявлением о признании общества банкротом ФНС России обратилась 27 марта 2014 г.

ВС указал, что из содержания судебных актов по делу о признании решения ФНС недействительным и действовавших ранее правил о возможности возбуждения дела о банкротстве только на основании акта налогового органа, завершающего процесс принудительного исполнения, следует, что активными действиями К.

была создана ситуация, при которой уполномоченный орган длительное время объективно был лишен возможности принять решение о взыскании задолженности за счет имущества общества, без которого налоговая инспекции не могла по независящим от нее обстоятельствам инициировать возбуждение процедуры банкротства должника. 

При этом возникшие препятствия существовали дольше периода времени, на который прекращение полномочий К. как руководителя отстоит по времени от начала двухлетнего периода, предшествующего дню возбуждению дела о банкротстве. Таким образом, ВС РФ отменил постановление кассационной инстанции, оставив в силе решение нижестоящего суда.

Комментируя решение, адвокат, старший юрист АБ «КИАП» Илья Дедковский пояснил, что определение ВС является положительным, поскольку Суд продолжил усиливать практику по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности: истцам был предоставлен дополнительный аргумент в пользу привлечения недобросовестных собственников бизнеса к ответственности по долгам компании.

«Нельзя не отметить, что подход Верховного Суда, изложенный в обсуждаемом определении, хотя и лишает контролирующих лиц должника уверенности в том, что за пределами двухгодичного срока контроля они не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, но полностью соответствует ныне действующему законодательству. Если раньше закон четко привязывал исчисление срока контроля к моменту инициирования процедуры банкротства, то сейчас исчисление сроков должно осуществляться с менее очевидной даты – с момента возникновения признаков банкротства», – указал адвокат.

Илья Дедковский пояснил, что в целом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворяются достаточно редко (примерно в 20% случаев), а случаев привлечения собственников бизнеса к ответственности на сумму от 1 млрд руб. совсем немного. «Отрадно видеть, что Верховный Суд не боится принимать подобные решения на такие суммы», – заключил эксперт.

Старший партнер группы правовых компаний ИНТЕЛЛЕКТ-С Роман Речкин также назвал позицию ВС разумной. По его мнению, установление законодателем объективного пресекательного срока, по истечении которого контроль лица над должником признается прекратившимся, было объективно неудачным. 

«Показательно, что срок в 2 года, установленный абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве, был впоследствии увеличен до 3 лет, а затем подход к исчислению “периода контроля” был вообще изменен. Действующий сейчас п. 1 ст. 61.

10 Закона о банкротстве устанавливает презумпцию наличия контроля лица (в течение 3 лет) гораздо более гибко, не с момента начала дела о банкротстве, а с момента, “предшествующего возникновению признаков банкротства”», – отметил Роман Речкин. Он добавил, что если бы п. 1 ст. 61.

10 Закона о банкротстве действовал в период, рассматриваемый в данном деле, то К.

, безусловно, был бы признан контролирующим должника лицом, поскольку признаки банкротства возникли у должника с момента вступления в силу решения налогового органа о привлечении организации к налоговой ответственности, а не с момента начала дела о банкротстве.

Анализируя определение, юрист практики реструктуризации и банкротства юридической фирмы ART DE LEX Юлия Шилова отметила, что позиция Верховного Суда является новой для судебной практики и позволяет расширительно толковать срок привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц в случае, когда контролирующее лицо своими активными действиями воспрепятствовало своевременному возбуждению производства по делу о несостоятельности и тем самым изменило начало течения подозрительного периода в свою пользу. Она обратила внимание, что ВС не стал ограничиваться формальным подходом, который избрал суд округа, касательно того, что полномочия руководителя общества прекратились за периодом времени, который позволяет отнести данное лицо к контролирующим.

«Данное решение позволит судам неформально подходить к вопросу о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности и не ограничиваться ссылками исключительно на сроки, установленные в том числе нормами действующего законодательства, – констатировала Юлия Шилова. – Таким образом, при разрешении вопроса о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности необходимо анализировать поведение лица, предшествующее возбуждению производства по делу о несостоятельности».

В свою очередь адвокат юридической фирмы «ЮСТ» Олег Кузьмичёв отметил, что ВС отказал в правовой защите бывшему руководителю общества исключительно по мотиву злоупотребления правом.

«Само злоупотребление, как посчитал Суд, выражается в длительном обжаловании обществом решения о взыскании недоимки по обязательным платежам и в удовлетворенной арбитражным судом просьбе должника о принятии обеспечительных мер», – пояснил эксперт.

Читайте также:  Освобождение от НДС по месту реализации товаров и услуг

По его мнению, в этом видится теоретико-правовой парадокс, так как злоупотребление не может быть основано на вступивших в законную силу судебных актах.

«При этом Верховный Суд, по сути, отождествил злоупотребление материальным (п. 2 ст. 10 ГК РФ) и процессуальным правом (абз. 2 ч. 2 ст. 41 АПК РФ).

И если первое действительно может повлечь отказ в правовой защите, то второе (а вменяемое затягивание вступления в силу судебного акта – это злоупотребление именно процессуальным правом на обжалование) лишь возлагает на деликвента судебные расходы по делу независимо от его исхода», – указал Олег Кузьмичёв.

В связи с этим адвокат считает, что логика высшей судебной инстанции в данном случае выглядит несколько надуманной и вряд ли будет иметь далеко идущие последствия в виде безграничного толкования пределов п. 2 ст.

10 ГК РФ.

По его мнению, больше похоже, что данная ситуация является «проходной», когда правоприменитель разово использовал данную норму как «последний рубеж обороны» для защиты интересов ФНС России и государственного бюджета.

Как считать срок исковой давности по субсидиарке

Дату, с которой следует исчислять срок исковой давности, как и другие факты в судебном процессе, нужно подтверждать документами. Зачастую подтверждающим документом становится решение суда. В данном кейсе суд признаёт недействительными ряд сделок.

По каждой сделке проводится отдельное заседание и принимается отдельное решение. Субсидиарная ответственность возникает за ущерб по совокупности сделок. Встаёт вопрос: от какой даты считать срок исковой давности. Во мнениях разошлись не только истец и ответчик, но и суды разных инстанций.

ДОЛГ.РФ разбирался, как считать правильно.

Первая инстанция и апелляция — от последнего решения

В ходе банкротства ООО «КОМ-АВТО» конкурсный управляющий требует привлечь к субсидиарной ответственности директора Старикова О.А. Будучи руководителем общества, он одобрил ряд сделок на 60 млн руб. с аффилированными лицами. Впоследствии эти сделки были признаны недействительными.

Судья первой инстанции Баранов С.Ю. признаёт, что ответчик действовал недобросовестно. Кредиторам нанесён ущерб. Следовательно, как контролирующее лицо, должен нести ответственность.

Однако ответчик указывает на пропуск срока исковой давности. Судебные решения о недействительных сделках принимались с 5 марта по 10 сентября 2018 года. Управляющий подал заявление о субсидиарке 10 сентября 2019 года.

По закону о банкротстве в действующей на тот момент редакции срок исковой давности — 1 год с даты, когда конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для привлечения к ответственности. Стариков считает, что отсчитывать срок нужно с 5 марта 2018 года — даты первого судебного акта. Истец настаивает, что считать следует с 10 сентября — даты последнего акта.

Судья Баранов соглашается с истцом. По решению от 5 марта признана недействительной сделка на сумму 2 млн руб. Общий размер реестровых требований — 300 млн руб. Очевидно, что данная сделка не могла привести к банкротству.

Только совокупность сделок позволила конкурсному управляющему сделать вывод о существенном влиянии действий Старикова на финансовое положение КОМ-АВТО.

Поэтому срок исковой давности следует исчислять с 10 сентября — даты последнего судебного решения. Конкурсный управляющий успел подать заявление в установленный законом срок.

Суд привлекает бывшего директора к субсидиарной ответственности в размере суммы реестровых требований.

Апелляция полностью соглашается с доводами первой инстанции. Стариков подаёт кассационную жалобу.

Кассация — важно не судебное решение, а «наличие оснований»

Кассационная коллегия под председательством Коноплёвой М.В. согласилась с наличием оснований для привлечения Старикова к субсидиарной ответственности. Для правильного разрешения вопроса о сроке исковой давности судьи обратились к Постановлению Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017.

Постановление разъясняет новую редакцию закона о банкротстве. Однако в части срока исковой давности по субсидиарке старая редакция от новой не отличается. Поэтому на разъяснения можно опираться.

П. 59 постановления объясняет, что считать «наличием оснований» для привлечения к СО. Верховный Суд даёт исчерпывающий перечень. Конкурсный управляющий должен знать:

  • о неправомерных действиях директора;
  • о нанесении вреда кредиторам;
  • о невозможности удовлетворения всех требований.

Наличие вступившего в законную силу судебного акта не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной.

Кассация обратила внимание нижестоящих судов противоречивость их суждений. Первое решение о недействительной сделке на сумму 2 млн руб. не могло привести предприятие к банкротству.

Суды сделали вывод, что исчислять срок исковой давности нужно от последнего решения, датированного 10 сентября. Однако в этом решении речь идёт о сделке в 3 млн руб. Она тоже не могла привести ООО «КОМ-АВТО» к банкротству.

При этом в марте была признана недействительной сделка на сумму 31 млн руб.

Суды не выяснили, с какого момента управляющий реально имел возможность узнать об обстоятельствах, положенных в обоснование своих требований. Кассация отменяет решения первой инстанции и апелляции и отправляет дело на пересмотр.

Скорее всего бывший директор докажет пропуск годового срока и выиграет спор. Окружной поволжский суд ясно показал, что конкурсному управляющему не нужно иметь полную уверенность во всех обстоятельствах, необходимых для привлечения к СО. Достаточно знать о «наличии оснований».

Срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника

Одна из насущных проблем в судебной практике это срок исковой давности и с какого момента он начинается. Особенно в делах о банкротстве, где очень много различных лиц и участников, и могут уходит годы на восстановление всей цепочки событий и на оспаривание сделок должника.

Конкурсные управляющие также не всегда могут точно определить срок для привлечения к субсидиарной ответственности руководителей, главных бухгалтеров и иных лиц. И как результат, срок пропущен и убытки взыскать не с кого. Одно из таких заявлений было рассмотрено Вторым арбитражным апелляционным судом в постановлении от 16.01.

2020 по делу №А29-12384/2015 в составе судей Сандалова В.Г., Дьяконовой Г.М., Кормщиковой Н.А.

Обстоятельства дела:

Общество было признано банкротом и в рамках конкурсного производства конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности исполнительного директора и двух главных бухгалтеров.

В обоснование своих требований конкурсный управляющий указал, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности исполнительного директора является неподача в суд заявления о признании общества банкротом еще до 2013 г., а для главных бухгалтеров необеспечение сохранности документов бухгалтерского учета.

Данные действия контролирующих лиц привели к значительному увеличению задолженности перед кредиторами и затруднили проведение процедур банкротства по восстановлению документов и суммы задолженности.

Однако при рассмотрении дела в суде первой инстанции всеми ответчиками, привлекаемыми к субсидиарной ответственности, было заявлено о пропуске исковой давности. В связи с чем, суд первой инстанции посчитал, что данные требования конкурсного управляющего не подлежат удовлетворению в связи с пропуском исковой давности.

Конкурсный управляющий посчитал выводы суда необоснованными и обратился с апелляционной жалобой, где указал, что поскольку заявление конкурсного управляющего было подано в период действия редакции закона о несостоятельности с трехгодичным сроком исковой давности, то срок для привлечения не пропущен. Но апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Выводы Второго арбитражного апелляционного суда:

Так законом о несостоятельности в редакции, действующей после 01.07.2017, предусмотрено, что  заявление о привлечении контролирующих лиц в ходе конкурсного производства может быть подано в течение одного года, когда лицо подавшее заявление узнало или должно было узнать об основаниях привлечения таких лиц. И не позднее трех лет с момента как должник будет признан банкротом.

Так должник был признан банкротом в ноябре 2016 г. конкурсный управляющий, действующий на тот момент, подавал уже заявление о привлечение к субсидиарной ответственности  исполнительного директора и двух бухгалтеров.

И суд первой инстанции в ноябре 2017 и апелляционный суд в феврале 2018 отказали конкурсному управляющему по причине недостаточности совокупных обстоятельств, необходимых для привлечения к субсидиарной ответственности.

Таким образом, с момента признания должника банкротом конкурсные управляющие могли определить круг лиц для привлечения к субсидиарной ответственности, а также собрать все необходимые документы для обоснования своего заявления в пределах годичного срока.

А значит данное заявление о привлечении к субсидиарной ответственности от июня 2018 г. подано уже за пределами срока исковой давности,  и судами правомерно отказано в его удовлетворении.

Субсидиарная ответственность или убытки: что выбрать кредитору

Закон предоставляет кредиторам два варианта привлечения контролирующих лиц к ответственности. Особенности каждого из них — в статье партнера «Пепеляев Групп» Юлии Литовцевой.

С контролирующих должника лиц можно взыскать убытки по общегражданским основаниям и в рамках института субсидиарной ответственности. Плюсы и минусы каждого варианта не всегда очевидны для кредитора. Рассмотрим подробнее специфику каждого из этих способов защиты прав кредитора.

Ключевым фактором, который учитывают суды при оценке основания для привлечения к ответственности, является степень негативного влияния действий (бездействия) контролирующего лица на деятельность должника. В частности, суды оценивают, достаточно ли было таких действий для доведения должника до банкротства.

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению — общие положения о возмещении убытков (ст. 53.1 ГК) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (ст. 61.

11 Закона о банкротстве), — суд оценивает, насколько существенным было негативное воздействие: как изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели (п.

20 постановления Пленума ВС от 21.12.2017 № 53, далее — Постановление № 53).

Если допущенные контролирующим лицом нарушения повлекли банкротство, то контролирующее лицо привлекается к субсидиарной ответственности. Если же причиненный вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, контролирующие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам ст. 15, 393 ГК.

  • Важно отметить, что, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.
  • Таким образом, если основания для привлечения к субсидиарной ответственности не доказаны, но налицо противоправное поведение контролирующего лица, то суд принимает решение о возмещении таким лицом убытков.
  • Кроме того, требование о возмещении убытков имеет два преимущества:
  • широкий круг оснований для его предъявления (в отличие от субсидиарной ответственности, которая применяется только в силу специальных норм);
  • отсутствие необходимости доказывать причинно-следственную связь между банкротством и неправомерными действиями (бездействием) контролирующих лиц.
  1. Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности и требование о возмещении убытков могут рассматриваться в ходе любой банкротной процедуры, а также вне дела о банкротстве в исковом производстве.
  2. Требование о возмещении убытков. Уполномоченный орган вправе подать иск о возмещении убытков в двух случаях:
  • суд возвратил заявление о банкротстве должника в связи с отсутствием средств на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве;
  • производство по делу прекращено по аналогичной причине.
Читайте также:  Управление дебиторской задолженностью: цели и задачи, процедура, анализ и планирование

Конкурсный кредитор вправе предъявить иск о возмещении убытков вне дела о банкротстве только во втором случае. Хотя формулировка п. 4 ст. 61.13 Закона о банкротстве позволяет предположить наличие у кредитора аналогичных уполномоченному органу прав, эта норма вступает в противоречие с логикой и содержанием п. 3 этой статьи и является, скорее всего, следствием небрежной юридической техники.

  • Таким образом, если кредитор инициировал банкротство должника, не располагающего достаточными активами, и отказался профинансировать судебные расходы, он не сможет после возвращения заявления о банкротстве подать иск о возмещении убытков.
  • Субсидиарная ответственность. Применительно к субсидиарной ответственности условиями для подачи иска вне дела о банкротстве будут:
  • завершение конкурсного производства или прекращение производства по делу о банкротстве;
  • выявление после наступления одного из данных обстоятельств оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренных ст. 61.11 Закона о банкротстве;
  • неудовлетворение в деле о банкротстве требований истца (полное или частичное);
  • публикация в едином федеральном реестре сведений о банкротстве данных о подаче заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности и иски о взыскании убытков вне дела о банкротстве относятся к компетенции арбитражного суда, который рассматривал дело, возвратил заявление о банкротстве или прекратил производство по делу. Если суд в ходе рассмотрения иска установит, что требование подлежит рассмотрению в деле о банкротстве, в том числе в качестве требования о привлечении к субсидиарной ответственности, то производство по делу подлежит прекращению.

Суд откажет в присоединении к иску о возмещении убытков лицу, которое не участвовало в деле о банкротстве.

Рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности или взыскании убытков в рамках дела о банкротстве должника не имеет существенных особенностей по сравнению с иными обособленными спорами в делах данной категории.

Нюансы возникают в ситуациях рассмотрения соответствующих требований вне рамок дела о банкротстве. Такие заявления рассматриваются по правилам групповых исков, сформулированных в гл. 28.2 АПК, независимо от количества присоединившихся к требованию лиц. В заявлении истец должен указать круг лиц, заинтересованных в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Предложение о присоединении к заявлению можно сделать путем включения сообщения об этом в единый федеральный реестр сведений о банкротстве в течение трех рабочих дней после принятия судом к производству заявления о привлечении к ответственности.

Если кредиторы не воспользуются правом присоединиться к начавшемуся процессу, то впоследствии они не смогут подать иск о возмещении убытков по тем же основаниям. Исключение составляют случаи, когда существовала объективная невозможность присоединения к первому требованию.

  1. Например, кредитор не имел возможности присоединиться к первоначальному требованию ввиду того, что судебное решение, подтверждающее задолженность перед ним (или иной документ — для случаев взыскания задолженности во внесудебном порядке), не вступило в силу. 
  2. В случае нарушения указанного порядка рассмотрения исковых заявлений о возмещении убытков вышестоящий суд отменяет судебный акт и направляет дело на новое рассмотрение.
  3. Необходимо отметить, что суды отказывают в присоединении к поданному иску о возмещении убытков или привлечении к субсидиарной ответственности лицам, которые не участвовали в деле о банкротстве.
  4. Порядок определения суммы требований существенно различается в зависимости от того, предъявляются требования в деле о банкротстве или вне его, а применительно к возмещению убытков — еще и в зависимости от оснований требований.

Размер требований о привлечении к субсидиарной ответственности, заявленных в деле о банкротстве, определяется суммой не удовлетворенных за счет конкурсной массы требований кредиторов (за некоторыми изъятиями) и текущих расходов.

Если по результатам завершения процедуры банкротства не удовлетворены требования более чем одного лица, имеющего право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, предметом иска будет являться сумма неудовлетворенных требований всех кредиторов.

Сумма убытков, причиненных кредитору контролирующими должника лицами, вне дела о банкротстве может быть предъявлена в размере, не превышающем размера требований такого кредитора к должнику. Важно отметить, что убытки можно взыскать в непокрытой части сверх размера субсидиарной ответственности, а в деле о банкротстве — до установления размера субсидиарной ответственности.

С заявлением о возмещении убытков по корпоративным основаниям участник, кредиторы, уполномоченный орган обращаются от имени должника.

Соответственно, в этих случаях размер убытков не связан ни с суммой требования кредитора-заявителя, ни с общим размером обязательств должника перед кредиторами.

Теоретически не исключена ситуация, когда сумма предъявленных к возмещению убытков может превышать объем всех требований должника.

В отличие от требований о привлечении к субсидиарной ответственности, применительно к которым действует сразу несколько сроков давности, в отношении требований о возмещении убытков применяются общие сроки исковой давности.

В ходе любых банкротных процедур правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков по корпоративным основаниям наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, а также их представители.

Данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника.

Соответственно, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора или арбитражного управляющего получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении.

Либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный с привлекаемым к ответственности директором участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.

При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором).

Аналогичный подход к порядку исчисления срока исковой давности содержится в п. 10 постановления Пленума ВАС от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица». С учетом изложенного, при обращении с требованиями о возмещении убытков необходимо уделять внимание правильному установлению начала течения срока исковой давности.

После вступления в силу гл. III.1 Закона о банкротстве положительно был решен вопрос о возможности урегулирования споров, связанных с привлечением к субсидиарной ответственности, мировым соглашением. При этом ст. 61.

21 Закона о банкротстве закрепила особый порядок заключения и некоторые условия такого соглашения, которые применимы и к требованиям о возмещении убытков. В части, не противоречащей положениям ст. 61.

21 Закона о банкротстве, заключение мировых соглашений в спорах о привлечении к субсидиарной ответственности и о возмещении убытков регулируется гл. 15 АПК.

Важным условием утверждения судом мирового соглашения в данной категории обособленных споров является раскрытие ответчиком сведений об имуществе в размере, достаточном для исполнения обязательств по соглашению.

Также законодатель установил, что утверждение мирового соглашения возможно только в отношении всех лиц на стороне заявителя/истца и в отношении всех лиц на стороне лица, привлекаемого к ответственности.

При этом соглашение должно быть единогласно одобрено всеми лицами на стороне лица, подавшего заявление о привлечении к ответственности. При несоблюдении указанных условий вышестоящие суды отменяют определения об утверждении мирового соглашения.

Наиболее распространенными основаниями для взыскания убытков в делах о банкротстве являются фиктивные сделки и иные варианты вывода активов должника.

Одним из примеров является перечисление денежных средств фиктивному контрагенту. В одном из дел суд округа взыскал убытки в размере денежных средств, перечисленных фиктивному подрядчику, созданному незадолго до проведения платежа. Суд установил, что подрядчик не вел хозяйственную деятельность, не имел специального разрешения на выполнение работ и ресурсов для их выполнения.

  • Важно отметить, что платежи по фиктивным сделкам могут повлечь взыскание с руководителя убытков безотносительно к признанию таких сделок недействительными, если соответствующие обстоятельства были установлены судебными актами.
  • Взыскание убытков нередко осуществляется в ситуациях отчуждения руководителем должника имущества организации без встречного предоставления или необоснованных затрат.
  • Например, суд взыскал убытки с руководителя в связи с произведенными необоснованными платежами за аренду: арендодателем являлся сам руководитель; арендованное имущество фактически не использовалось должником; на момент заключения и исполнения договора аренды должник имел признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Широкое распространение в судебной практике получили споры о взыскании с руководителей, не обратившихся с заявлением о банкротстве должника, убытков, связанных с расходами на процедуру банкротства. Неслучайно один из таких кейсов стал поводом для формирования Конституционным судом правовой позиции относительно условий ответственности.

В данном деле с руководителя взыскали убытки в размере расходов, возникших у уполномоченного органа как заявителя по делу о банкротстве.

Конституционный суд указал, что сам по себе факт несения таких расходов не может автоматически признаваться следствием противоправного поведения руководителя должника.

Это обусловлено тем, что возникновение затрат связано как с инициативным поведением самого заявителя, адекватностью оценки им финансового состояния должника, так и с действиями и решениями иных лиц, в том числе арбитражного управляющего.

  1. Оценка достаточности имущества должника для покрытия расходов по делу о банкротстве — как на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом, так и в ходе рассмотрения дела (и прежде всего в процедуре наблюдения) — должна осуществляться не только заявителем по делу, но и судом и арбитражным управляющим.
  2. Таким образом, если затраты были обусловлены, например, неэффективной деятельностью временного управляющего или заявление о банкротстве было принято судом и процедура наблюдения введена в отсутствие необходимых условий (в частности, без должной проверки наличия достаточных для покрытия расходов активов), то после прекращения производства по делу с руководителя нельзя взыскать понесенные заявителем расходы.
  3. Источник: «Арбитражная практика для юристов»

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *